Рассылка по интернет-маркетингу:
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку своих персональных данных

Коммуникация, социализация, самопрезентация: зачем женщине секс

2 апреля 2021 Малка Лоренц
Время чтения: 9 минут Нет времени читать? Нет времени? 10 комментариев
Отправим материал вам на:
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку своих персональных данных
Коммуникация, социализация, самопрезентация: зачем женщине секс Редакция «Текстерры»
Редакция «Текстерры»

В какую бы глубокую древность ни уходила своими корнями история нашей цивилизации, в этой истории не было ни одного светлого промежутка (зачеркнуто) периода, когда сексуальная жизнь человеческой женщины не была бы полна драматизма.

Никогда человеческая женщина не занималась сексом ради собственно секса.

Так уж сложилось, что в нашей культуре секс всегда был так перегружен смыслами, что был под ними практически погребен. Я имею в виду, разумеется, европейскую культуру. Это просвещенные китайцы могли беспокоиться о гармонии стихий и гонять туда-сюда энергию Ци, в том числе и в койке. Европеец такими глупостями не занимался, он сразу же, едва взявши в руку палку-копалку, сообразил, что секс есть репрессивный инструмент, т. е. палка-копалка номер два для контроля над реальностью. И в дальнейшем уже придерживался этой версии. Даже в античном мире, где все телесное было все-таки мало-мальски богоугодно, женская сексуальность была в лучшем случае священнодействием во имя Великой Богини (и то лишь по большим праздникам), т. е. опять-таки носила, извините за мат, общественный характер и имела к собственно пациентке довольно опосредованное отношение. Порядочная матрона на супружеском ложе и порядочная гетера в вертепе – обе совершали служение и ритуал, т. е. были, в сущности, обе на работе.

Простодушное Средневековье и еще более простодушный Ренессанс предлагали другую трактовку: женская сексуальность стала манифестом бунта против замогильного общественного регламента. Когда какая-нибудь краснощекая Катарина задорно совокуплялась за амбаром с соседом Петруччо – она это делала не ради оргазмов. Это был ее способ всех оставить в дураках, начиная с простака-мужа и кончая Господом на небесах, утвердить тем самым свою витальность и повысить самооценку. Ей важен был ее внутренний статус ловкой и озорной бабенки, и секс был просто единственным доступным ей инструментом, а оргазм – необязательным, в сущности, бонусом. У господ происходило ровно то же самое: либо супружеский секс как повинность, либо внебрачный как взлом матрицы – либо манифестация конформности, либо наоборот, но в обоих случаях это было не про секс, а про гражданскую позицию.

Прямой обмен сексуальных услуг на материальные блага или преференции мы здесь не рассматриваем, потому что это не про секс по определению. Мы рассматриваем только бескорыстные э-э-э… мистерии страсти. И всякий раз оказывается, что в этих мистериях страсть как таковая настолько побочный эффект, что ею можно пренебречь.

В насквозь сексуализированном барокко и тем более рококо секс становится предметом престижного потребления. Когда графиня де Санфасон отдается в беседке маркизу де Шардонне, смысл этого действия не в ощущениях под кринолином, а в том, что она не какая-нибудь святоша, а просвещенная мадам, понимающая толк в изящном. Т. е. светская женщина занимается сексом добровольно и бескорыстно, но не ради секса, а ради того, что он символизирует. У женщины из народа соображения еще более безрадостные – либо ее соблазнил негодяй, либо она торгует собой ради куска хлеба, либо она венчаная жена и ей некуда деваться. Т. е. смысл этого события лежит не в сфере эротики, а в совершенно других сферах, преимущественно в сфере голого выживания.

Промышленный 19-й век предлагает нам две основные модели женской сексуальной активности (проституцию мы оставляем за скобками наравне с супружеской жизнью, поскольку и то, и другое небескорыстно и недобровольно). Первый сюжет – нежная и удивительная влюбилась и бросилась в объятия как в омут головой (конец плохой). Второй сюжет – богатая бездельница влюбилась и бросилась туда же, конец аналогичный. Разница в том, что первая делает это от нежности и удивительности, а вторая – от безделья. Но опять-таки ни та, ни другая не имела в виду секса как такового. Одна бросает, так сказать, всю себя к ногам любимого, совершая акт самоотречения. Вторая жаждет событий, разнообразия жизни и подтверждения своей значимости. Насчет значимости, кстати, первая тоже не без греха: раньше она была пустое место, а теперь она женщина трагической судьбы.

В эпоху атома, в общем, тоже мало что изменилось. Еще два поколения назад основным стимулом, побуждавшим женщину соглашаться на близость, была надежда на замужество. В постели ее занимал главным образом вопрос, женится на ней этот придурок или нет. А если придурок уже женился, то не уйдет ли он к другой. Т. е. ее заботили проблемы экзистенциального масштаба, а то, что происходило, так сказать, здесь и сейчас, по сравнению с ними было несущественно. Что в очередной раз демонстрирует примат духовного, свойственный нашей культуре, и полное пренебрежение к земному.

Пару лет назад я провела опрос среди знакомых женщин. Им предлагалось вспомнить причины, когда-либо побудившие их лечь в постель с мужчиной. В результате получился довольно длинный список, в котором желание секса с этим мужчиной (т. е. дословно «потому что я безумно его хотела») упоминалось буквально один или два раза. Всего причин было названо около пятидесяти.

Абсолютным лидером среди них была скука. Чаще всего описывалась ситуация, когда женщина не в силах дожидаться, пока кавалер выскажет все, что случилось у него на работе. «В койке и то веселее», – это прямая цитата. Т. е. женщине с ним так скучно, что она рада перейти к сексу, там хоть какое-то развитие.

Причем это касается как первого сближения, так и 150-го свидания в рамках стабильных и в целом беспроблемных отношений. «Сколько можно чай пить, пойдем уже спать» называется этот аттракцион.

В скобках заметим, что секс в этом случае опять-таки не самоцель, его ценность именно в том, что он символизирует развитие отношений в случае первого свидания и подтверждения статуса этих отношений в случае свидания рутинного. «Теперь мы пара» или «мы по-прежнему пара», таков смысл этого секса, в отличие от монологов любимого, в которых смысла нет вообще.

Разновидностью первого пункта является ситуация, когда скучно не с партнером, а без него. Не в том смысле, что она соскучилась, а просто у нее такая унылая жизнь, что она хочет с этим человеком всего и сразу, чтобы хоть немного наверстать. Ей не нужен ни этот человек, ни секс с ним, ей нужно выйти из депривации и неважно как.

Статус «теперь мы пара» на втором месте по частоте упоминаний. Если кавалер даму очаровал, даме некогда расслабляться – ее мучает неопределенность. Ей нужна ясность. «Кто мы друг другу?» – как бы вопрошает она. Секс в данном случае служит для нее подтверждением честных намерений кавалера (не смейтесь, мне самой смешно, но это так). С этой постели она встанет уже другим человеком – женщиной, состоящей в отношениях. Все, что в этой постели происходит – это ритуал, чтобы не сказать обряд. Чтобы не сказать инициация. Какой секс, вы о чем вообще? Тут судьбе поворот.

Имиджевый секс. В эту группу можно объединить все мотивы, завязанные на самооценку и связанные с ней заблуждения. Секс в клубе за портьерой под лозунгом «я такая внезапная». Нелепое приключение на корпоративе под девизом «я волчица / львица / тигрица / ослица (зачеркнуто)». Роман с первым встречным, кодовое название «18 мне уже». То же самое в 45 лет, называется «я еще ого-го». Это все не секс, это самопрезентация, причем довольно мучительная.

Секс из вежливости. Отношения есть, и они развиваются, наступает момент, когда их пора как-то легитимировать. Теперь уже мужчина ждет от дамы расписки в честных намерениях, а также подтверждения того, что он не зря тут корячился (зачеркнуто) для нее что-то значит. Дама не готова и не хочет, но легальных отмазок не видит, плюс эти отношения ей чем-то дороги. В конце концов, кавалер свою часть программы исполнил без косяков и вправе рассчитывать на какое-то алаверды. Это не секс, это художественное высказывание.

Секс из вежливости-2. Отношения есть, секс в отношениях есть, опротивел этот секс до визга, но отмазок опять-таки не видать. Партнер ни в чем не провинился, расставаться причин нет. Если она его партнерша, она несет ответственность за его благополучие, в том числе телесное. Отказаться от секса с постоянным партнером означает поставить под вопрос свой статус партнерши. Это вызов, это скандал, мужчина вообще завопит, что это предательство. Слишком хлопотно, неловко, несправедливо по отношению к партнеру, проще смириться. Это не секс, это программа лояльности.

Секс как бенефис. Цель – потрясти партнера своим великолепием и снискать признание. Партнер восхищен и смят, он раздавлен, он такого никогда не видел. «Необыкновенная женщина», – стонет он – «богиня». Это не секс, это показательные выступления

Секс как бенефис-2. То же, что в предыдущем пункте, ключевое слово – богиня. Пациентка упивается своим всемогуществом. Он в ее руках, это она тут карает и милует. В ее власти сделать его счастливым и буквально вознести на небеса. Месседж тот же, «Видал, как я могу?», только в этом случае месседж адресован не партнеру. Это уже разборки с Творцом, то есть вообще ни секс никаким боком.

К этому еще прибавляется вековой double-bind, когда от женщины ожидается и даже настойчиво требуется одновременно и целомудрие, и пламенность. В разные эпохи это требуется в разных пропорциях, но всегда комплектом. И бедная тетка вечно пытается лавировать между этими полюсами, и в постели ей приходится демонстрировать, что она в тренде – и чистая голубица, и безумная вакханка в одном флаконе. На то, чтобы донести до мира этот сложный образ, тратится еще куча энергии, как будто ей без этого мало горя.

Прошли какие-то адские тысячи лет, корабли уже бороздят все подряд, вон на Марс уже скоро полетим за каким-то лешим. А женщины по-прежнему ложатся в постель с мужчиной для чего угодно – ради коммуникации, ради социализации, ради самопрезентации, в терапевтических целях, в благотворительных целях, из прагматических соображений и из альтруистических, - только не для того, ради чего вообще существует секс.

Вообще-то он для того, чтобы крепче обняться.

© «TexTerra», при полном или частичном копировании материала ссылка на первоисточник обязательна.
Нашли ошибку в тексте? Выделите нужный фрагмент и нажмите ctrl + enter.
Оцените материал:
Хотите, сделаем для вас топовый канал на Дзен? Узнать подробности
Оставь заявку на бесплатное онлайн-обучение
до 1 апреля
00:00:00
Подробнее
До старта онлайн-интенсива
«Продвижение в Instagram» осталось:
00:00:00
Записаться
При заказе SMM до 31 октября дарим
3 варианта оформления сообщества!
Подробнее
Чертовски низкие цены на все онлайн-курсы от
TexTerra с 29 по 31 октября
Подробнее
Готовая база знаний
для начинающего
интернет-маркетолога
Такую информацию продают за деньги,
а мы отдаем БЕСПЛАТНО!

Я согласен на обработку моих персональных данных

Спасибо, база направлена на вашу почту!
МИЛЛИОН ГОДНОТЫ
Дарим подборку огненных материалов по интернет-маркетингу: кейсы, интервью, советы по SMM, полезные видео и не только.
получить
Скидка 20%
на все онлайн-курсы от TexTerra
к курсам
Texterra – продвижение в интернете x
Заказать звонок:
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку своих персональных данных
Texterra – продвижение в интернете x
Заказать услугу:
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку своих персональных данных