Не стой на пути у высоких чувств.

А если ты встал – отойди.

Борис Гребенщиков

Иногда мне хочется выхватить из толпы людей в возрасте 40+, что причитают про интернет-зависимость и прочее цифровое бесовство, кого-нибудь одного, взять за плечи, начать трясти и на повышенных тонах говорить: «Вы зашоренные, косные, не желающие ничему учиться идиоты. Вы неолуддиты, техномизерабли, мечтающие страдать, как страдали отцы. Вы неблагодарные, дремучие бараны. Вас ведут за ручку в царство невиданного процветания, а вы желаете вечного коллективного бедствия, тьмы невежества и тупого повторения древних ритуалов».

Конечно, так делать нельзя, это психологическое насилие. Поэтому положу горсть нервных клеток на алтарь просвещения и подниму тему технофобий на письме – в статье, чтобы распространить ее и заронить в головы противников всего нового если не мысль, то чувство благодарности технологиям. Всем этим чудесным вещам, которые превращают нас из истощенных психологически и физически рабов конвейеров и полей в совершенно других людей. Гуманных, творческих, живущих без большой войны и без большой нужды. Живущих долго и, чем черт не шутит, счастливо.

Вы просто подменили себе память и не желаете осознавать, какими были ваши модели потребления в юности

А я напомню. Год на дворе 1984-й. В провинциальных городах выросли, как грибы, спальные районы, состоящие из панелек, мрачно воспетых много позже рэпером Хаски. Тебе лет примерно 10-12. Ты выходишь во двор с матерчатой сумкой. Это такой прямоугольный мешок с двумя ручками.

Они нередко отрываются прямо на улице – как раз в тот подлый момент, когда в сумке стеклянные банки со сметаной и пара бутылок кефира. Никто не покупает новые сумки. Мама, каждый раз вполголоса ругаясь, привычно отстирывает старую и пришивает обратно чертовы ручки. А еще она костерит тебя за то, что ты не берешь авоську. Это такая сетка с ручками. У авоськи они крепче. Но ты не можешь с нею – всем слишком видно, что ты несешь. На тебя может наброситься неизвестная женщина с криком: «Где курочку брали?»…

Цифровая экономика – наше всё, а не монстр, пожирающий детей

Итак, лето 1984-го. Скажем, август. Твоя задача сегодня – купить хлеба, молока, картошки, лука репчатого, пачку масла, ту самую курицу и еще свежих огурцов. Казалось бы, какая ерунда, полчаса времени. Но нет.

Магазин, что расположен в ста метрах от твоей панельки – хлебный. Там нет молока, масла и (это знают даже октябрята) огурцов. Он хлебный – из излишеств там водятся спички, соль, желатин в огромных количествах, сода (иногда) и консервы с морской капустой. Не спрашивай, почему морская капуста. Так есть и было всегда. Это плановая экономика, мальчик.

Чтобы извлечь из окружающей среды молоко, масло и курицу, нужно дойти за полкилометра в гастроном. Но там нет хлеба и овощей. Чтобы попытаться купить картошки, лука и огурцов, требуется идти в овощной. Он примерно в километре.

Чуть дальше овощного (минут семь хода) – рынок. Там стопроцентно есть картоха и прочее. Но твои родители – инженеры, и их не удовлетворяет ценообразование на рынке. Очень остро не удовлетворяет, потому что месячный доход на семью с двумя детьми составляет 230 рублей.

Рубль, если считать по-магазинному, – это 7 пакетов молока или 6 буханок черного хлеба, или пачка чая индийского «со слоном». Или килограмм курятины в лице чахоточного синего цыпленка, если очень-очень повезет. Нормальная курица стоит 2 рубля 70 копеек за кило, и за ней требуется ехать в центр (50 минут в один конец). Если же считать по ценам рынка, то «и-и-и, касатик, с инженерской зарплатой там делать нечего».

Короче говоря, ты выстраиваешь маршрут так, чтобы сначала был самый далекий овощной, потом – гастроном, затем – хлебный у дома. Обойти все три точки желательно часов до пяти вечера. Потому что в это время начинают валом валить с работы заводчане. Они сметают с полок все – даже морскую капусту и желатин.

В твоем районе с десяток заводов. Они притворяются, что делают часы, лампы накаливания и переносные дачные телевизоры. На самом деле они производят всякое для систем противовоздушной обороны и прочих орудий убийства, а в виде исключения – делают оборудование для нефтехимии. Твой папа всю жизнь работает на войну. Твоя мама делает вид, что производит часы. Родители на работе, а у тебя миссия по продуктам. И ты знаешь, что провалишь ее.

Потому что синей курицы не завезли. Лук в овощном предложат только гнилой. Причем с презрением. Августовских огурцов? Это тебе на рынок, мальчик. И картошка, прошлогодняя, вся в земле и почему-то мокрая, будет тобой встречена с радостью. Меньше станут ругать за нереализованный список покупок. Хотя толку тебя ругать? Ведь не ты занимаешься распределением, логистикой, содержанием овощехранилищ и воспитанием куриц.
Цифровая экономика – наше всё, а не монстр, пожирающий детей

Тебе и самому нужно вернуться пораньше. Потому что по местному ТВ в 17:30 от щедрот заведут на полчаса мультики. За 10 минут до начала на экране появится раскрашенная жуткими васильками доска и станет висеть в гнетущей тишине. Ты, правда, не уверен, что это васильки, потому что телевизор у тебя черно-белый. К 17:30 он должен успеть прогреться. Если опять начнется беготня кадров, тебе нужно будет аккуратно стукнуть по задней стенке в определенном месте. Папа научил: там лампа отходит от контактов.

Мультфильмы – строго по рабочим дням в гомеопатической дозировке. Научно-популярных передач бывает две – «Очевидное – невероятное» и «Клуб путешественников». Каждая сияет другой жизнью в эфире раз в неделю. Детское кино – это «В гостях у сказки». Тоже раз в неделю. Иногда из Останкино спускают праздник – например, австралийский мультсериал «Вокруг света за 80 дней». Показывают только в каникулы, пять серий вырезаны по цензурным соображениям.

В обычные дни в программе загадочные названия: «Документальный телефильм», «Премьера документального фильма из серии "Люди большой судьбы"», «Ученые агропромышленного комплекса Подмосковья». Это может быть все что угодно, но, как правило, из экрана сочится унылая, штампованная, пропагандистская чушь.

Как раз в августе начинается ежегодная «Битва за урожай». Оно так и именовалось, без иронии.

Убрать картошку и засыпать в хранилища, чтобы она там гнила год и ты потом в ней копался в овощном, складывая в принесенный из дома стираный полиэтиленовый пакет, – это был бой, страда, преодоление. Про сельскую войну с природой выпускались бесконечные, чудовищно бездарные, бравурные телерепортажи.

А еще летом ты отдыхал от учебы в школе… ходя каждый день в школу. Называлось – «школьный лагерь». Все, у кого родители не добились отпуска в теплое время года, притаскивали из дома раскладушки и ставили в спортзал – для дневного тихого часа – и, пока предки на работе, проводили свое лето в постылых интерьерах и экстерьерах. За забор – ни-ни.

Из развлечений: с утра – хождение под барабан строем, выкрикивание речёвок, подъем флага. Завтрак, уборка территории (это точно каникулы?). Футбол. До одурения, потому что делать больше совершенно нечего. Когда сил уже нет – самозанятость, кто во что горазд. Например, можно было в строительной щебенке найти куски мрамора и обтачивать их о бордюрный камень. Часами. До дневного псевдосна и после. Вечером – хождение под барабан строем, выкрикивание речёвок, спуск флага. Потом можно идти домой…

Если тебе хотелось в том детстве почаще смотреть кино про индейцев, слепленное из Гойко Митича и деревенских лошадей братьями по соцлагерю, или, допустим, сказки типа «Три орешка для Золушки» (культовая чешская картина 1973 года), то делалось это так.

Детский билет в маленький кинотеатр с пыточными деревянными сиденьями стоил 10 копеек. Следовало собрать волю в кулак и около уличного телефона-автомата пять раз попросить у разных людей «две копейки позвонить». Мямлить и краснеть было нельзя – на «позвонить» давали раскрепощенным и улыбчивым.

Если вас в компании собиралось 3-5 киноманов, наполнение общего бюджета занимало какое-то время…

Нет, некоторые умели жить. Скажем, у тебя была тётя – директор кафе. Она повелевала балыками, мягким мороженым (оно казалось чудом), какими-то коньяками из неведомых земель, подарочными коробками конфет и прочими атрибутами красивой жизни.

Веселая была тетя, бесшабашная, решала проблемы щелчком пальцев. Только через много лет ты узнал, что, оказывается, она родила совсем девочкой, а муж бросил, оставив без жилья и средств к существованию. Что будущая повелительница балыков обивала пороги горисполкома и облисполкома и даже обкома партии. Что с отчаяния написала письмо Брежневу.

Был скандал. Юной матери-одиночке пообещали комнату в только что построенном доме. А та ночью пошла ее «посмотреть». Уболтала сторожа, чтоб пустил. И заперлась вместе с младенцем на вожделенной жилплощади. Сказала: «Без ордера не выйду».

Ордер привезли, но она не вышла. Потребовала, чтобы подали бумагу на выделение жилья в форточку. А этаж не первый и даже не третий. Подогнали технику. Действительно бросили ордер в форточку…

Был очень большой скандал. А что вы хотите? Кто же даст кооперативную ссуду гражданке семнадцати лет с пищащим кульком на руках и без определенных занятий? Чтобы вступить в квартирный кооператив, требовалось сделать первоначальный взнос в размере около трех тысяч рублей. Не было у будущей твоей тёти другого выхода…

Вспомнили? Немного вспомнили ту жизнь? Теперь, значит, дети у вас пропадают на YouTube и в соцсетях? В онлайн-игры рубятся? Не хотят учиться на дурацких экономистов и юристов? Даже на зубных техников не хотят? Говорите, интернет их поганый полонил?

Блогерством занимаются? Какие-то свои статьи кому-то продают? Чего-то рисуют и вам не показывают? Электронный дынц-дынц сочиняют и трясутся под него? Делают самописные… как это? «Цэ Эм Эс»? Кроссовки хотят за пятнадцать тысяч?

Это неправильные дети, да? Нет бы им метнуться, как мы, – по стройке полазать, свистнуть липучку и жевать вместо жвачки. Нет бы бомбочки сделать из карбида и бутылок из-под шампанского и бахнуть, чтоб пальцы оторвало. Патроны от мелкашки в костер бросить. Или там собраться с цепями и палками да пойти махаться район на район…

«Цифра» подкралась незаметно

В 2019 году Aliexpress с помощью партнеров в 3 раза увеличил число пунктов выдачи товаров в России, доведя их количество до 13 000. У «Озона» таких пунктов уже 16 500. Если вы сейчас, в февральские денечки, выбираете джинсы на рынке, меряя их в полуголом виде на картонке за стрёмной шторкой, – то вам, похоже, это просто нравится.

Даже в России, которая по степени цифровизации экономики не годится в подметки какой-нибудь маленькой Южной Корее, люди стремительно меняют свои привычки в области покупок ширпотреба.

Это большой комфорт и удовольствие – вместо хождения в 5-7 мест со списком всяких хозяйственных, электронных и одежных мелочей (в одном-то их никогда не сыщешь) сидеть в тепле за компом и лениво собирать в корзинку весь перечень. При этом отмечая про себя, что в таком-то маркетплейсе набор расходных материалов к жизни обходится на тысячу-две дешевле, чем если бы ты рысачил за ними ногами.

Мы, помнится, кляли на чем свет стоит ЕГЭ. А теперь этот в значительной мере цифровизированный экзамен позволяет толковым ребятам из самых глухих уголков страны поступать в хорошие вузы на бюджетные места. А помните взятки участникам приемных комиссий? Помните эти судорожные поиски знакомств? Где все это?

Раньше, когда у вас возникала проблема с подведением газа, местная «внучка» Газпрома могла нагнуть вас на любые цены. А суровые мастера в безжалостных к кухонному линолеуму ботинках – придумать для вас дополнительные услуги с оплатой на месте, без квитанции. Теперь подобные конторы обязаны вывешивать в интернете прейскуранты. Мастера же приходят с портативными электронными кассами. Никакие приватные услуги вне кассы уже не вытанцовываются.

А МФЦ? Вспомним, как мы оформляли социальные выплаты, скажем, по уходу за ребенком-инвалидом десять лет назад. Для того, чтобы собес, например, был уверен, что опекун не получает параллельно пособие по безработице, требовалось представить бумажную справку. А за ней, конечно, натурально сходить в центр занятости, отстоять очередь, услышать «А вам зачем? Мы таких справок не даем…» и прочую обидную ахинею.

Ничего этого теперь нет. Вы приходите к одному окну по целому вороху бюрократических вопросов. И очередь к нему электронная – никаких «вас здесь не стояло» и «я занимала за женщиной в фиолетовой кофте».

Бумажный документооборот все еще душит российский бизнес и мешает решать свои проблемы гражданам, но лед уже, кажется, тронулся. 31 января 2020 года новый российский премьер Мишустин, чиновник, который ранее успешно цифровизировал налоговую службу, призвал страны Евразийского экономического союза разработать единую систему цифровой подписи.

Речь идет о переводе всего документооборота внутри национальных экономик и в межгосударственном взаимодействии в «цифру». Это дело ближайших лет.

Словом, цифровизация всего, что движется – будь то товары, документы, деньги, бизнес, рабочая сила – идет бешеными темпами. Параллельно самая косная, бестолковая и, как следствие, крикливая часть российского общества вовсю пожинает плоды цифровой экономики, сама того не ведая.

Даже пенсионеры пользуются дешевыми видеозвонками в мессенджерах, чтобы объяснять внукам, что «сидеть в гаджетах вредно для мозгов». И покупают умные телевизоры с доступом в интернет, чтобы в 4K смотреть Елену Малышеву.

И как-то вот проповедникам первозданной, примитивной аналоговой жизни с сортиром на улице невдомек, что благодаря цифровой экономике, гаджетам и диавольским соцсетям дети их и внуки имеют потрясающие, широчайшие и практически бесплатные возможности для самообразования, личной творческой и профессиональной реализации. Ведь к 2020 году Интернет сделался колоссальной мультиформатной библиотекой знаний на любую тему.

Цифровая экономика – наше всё, а не монстр, пожирающий детей

Это не говоря уже о бурном развитии образовательного онлайн-бизнеса, который стремится давать знания системно, притом те, которые будут актуальными хотя бы в ближайшие три года. Раньше, чтобы получить относительно востребованную профессию, требовалось пять лет трубить в студенчестве. Еще совсем недавно – минимум четыре года в бакалавриате. А теперь обучение десяткам и даже сотням востребованных профессий доступно заочно, онлайн – из дома.

Всем, кто сегодня любит запостить в соцсетях картинку из разряда «мы теряем наших детей», требуется перепрошивка мозга. Особенно тем из них, кто, рассуждая о цифровой экономике, любит заявлять: «А за коровками-то, за свиньями кто будет ходить? Г***о-то кто будет убирать?»

Прогресс готовит этим гигантам мысли большое разочарование. Никаких огромных животноводческих ферм вскоре не будет. И ручного труда не будет. И перекладывания бумаг, и просиживания штанов в раздутых госучреждениях также не станет.

Модели потребления – это цветочки. Ягодки – в производственных цепочках

Как только российские и мировые технологии выращивания мяса в биореакторах из стволовых клеток станут дешевле, чем мясное животноводство, скотные дворы исчезнут. А с ними и бойни, которые так терзают сердца защитников животных.

Вместо них вырастут чистенькие цеха по выращиванию бифштексов, грудинки и карбонадов. И да – сала, шматов сала. Обслуживать производство станут высококвалифицированные лаборанты и программисты. Заниматься сбытом – аналитики со знанием языков программирования и интернет-маркетологи. И никакого навоза, так любимого ненавистниками прогресса.

Электроника, автомобили, станки, одежда, бытовые мелочи уже сейчас штампуются с минимальным участием человека. Торговля тоже избавляется от ненужного ручного труда.

В ближайшем будущем один подкованный фермер с небольшим парком беспилотных сельскохозяйственных роботов станет показывать в полях чудеса. Как это будет выглядеть, посмотреть можно уже сейчас:

Мы стоим на пороге великого технологического скачка. Веками человек для того, чтобы поесть, должен был тяжело работать. Чтобы приобрести штаны и ботинки – тяжело работать, чтобы заиметь автомобиль – вкалывать. Нынешние сорокалетние на своем веку увидят, как тяжкий труд уйдет в прошлое. Будущее наступает прямо сейчас, и сопротивляться ему – все равно что бодаться со скоростным поездом.

Как вам такая картинка? Понадобилась вам, скажем, ложка для обуви. И вы не заказываете ее в интернет-магазине, как сегодня, нет. У вас дома стоит 3D-принтер. Вы покупаете онлайн за 10 рублей файлик – цифровую модель этой самой ложки. Посылаете его на принтер и печатаете товар.

А через 10-15 лет вы сможете прямо дома печатать домашнюю электронику с заданными вами же потребительскими свойствами. Заказывать свежайшие экзотические фрукты к праздничному столу в спелом виде, потому что на робофермах их выращивают даже в Мурманске.

В магазины обуви вы будете вместе с заказом посылать файл с 3D-сканом вашей стопы. А в магазины одежды – 3D-слепок вашей фигуры.

Для культурного потребления вам станут доступны сервисы и гаджеты виртуальной реальности – с полным погружением в атмосферу концерта, оперы, театрального представления. Фильмы вы будете смотреть находясь внутри действия. То же произойдет и с играми.

Основным фокусом экономики больше не будут жратва, шмотки, бытовая электроника и остальной вещественный ширпотреб. Предметом потребления (в том числе статусного) сделается КОНТЕНТ. Сегодня это «Ведьмак», чеканные песни Монеточки и видеоблоги «Как выйти замуж за силовика». Завтра это будет «VR Ведьмак», домашний робомассаж с лечебной музыкой, запрограммированный в соответствии с информацией из индивидуальной электронной медкарты, и видеоблоги «Как выйти замуж за аналитика больших данных».

Сегодняшние подростки и дети, что «уткнулись в смартфоны», вырастут в создателей роботов, техники для производства контента и в его авторов. А также в интеллектуально прокачанных продавцов файлов, услуг и аксессуаров – в цифровых маркетологов, психологов, аналитиков.

Производство всякой материальной фигни удешевится, и людям не придется помнить, с какой стороны подходить к лопате. Часть населения, не нашедшая себя на рынке, получит базовый безусловный доход. А нынешние дети для денег научаться шевелить мозгами, а не конечностями.

Я слышу отдаленный крик: «А сантехники? Г***о-то, г***о кто будет убирать?»

Разочарую авторов крика – в качестве сантехника к вам станет являться улыбчивый молодой человек в накрахмаленном халате, при модном галстуке и с планшетным компьютером. При нем также будут робокрыса-амфибия для проникновения в труднодоступные места и играющий расслабляющую музыку, распространяющий вокруг себя тонкий запах духов, вакуумный, герметичный робот-уборщик этой самой субстанции. И его дизайн будет отдаленно напоминать R2-D2 из 13-го сезона «4D Звездных войн»…

Мы в агентстве «Текстерра» очень неплохо понимаем в производстве контента. И в том, какой контент будет нужен завтра – и потребителям, и бизнесу. Но одним контент-маркетингом наша суперсила не ограничивается. Сегодня мы делаем акцент на комплексном продвижении в интернете. Если ваш бизнес стремится к новым горизонтам, и горизонты эти там, где онлайн – обращайтесь, мы эффективно поможем.
#
Бизнес Мнение
© «TexTerra», при полном или частичном копировании материала ссылка на первоисточник обязательна.