mail@texterra.ru
Заказать звонок
Заказать услугу
Позвонить: 8 (800) 775-16-41
Заказать звонок

Интервью с Дмитрием Волошиным: юный стартапер – это миф

Интервью с Дмитрием Волошиным: юный стартапер – это миф Редакция «Текстерры»
Редакция «Текстерры»

В медиаобраз креативного молодого стартапера часто противопоставлен предпринимателю в годах, который управляет хлебозаводом по раз и навсегда заведенной схеме. Однако практика показывает, что создатели инновационных проектов тем чаще добиваются успеха, чем они старше. Об этом говорит исследование, опубликованное в Harvard Business Review. На практике скорости и свежести юного мышления часто оказывается недостаточно для того, чтобы не только что-то придумать, но и воплотить.

Мы пообщались с Дмитрием Волошиным, чтобы разобраться, что угрожает развитию стартапов в России и почему они могут не взлетать.

советник ректора МАИ, член общественно-делового совета при правительстве РФ, сооснователь стартапа Otus в области онлайн-образования, инвестор, ментор образовательных проектов

Со стороны создается впечатление, что в России с годами появляется все больше как стартапов, так и структур, которые помогают развиваться новым проектам. На каком этапе находится индустрия стартапов в нашей стране по сравнению с западной?

На сегодня нельзя сказать, что в России в принципе сформирована предпринимательская культура. Если сравнивать с Америкой, у нас потенциал этого рынка реализован примерно на 20 % от возможного. Есть 2 причины, почему так происходит.

Первая – культурная. В нашем обществе в среде людей, принимающих ключевые решения, все еще существует не очень позитивное отношение к предпринимательству, и это проявляется во всех сферах. Есть устоявшееся мнение, что предел мечтаний – это работа в госкорпорации, а предприниматель – это барыга и ворюга. Именно такой взгляд порой транслируется с высоких трибун.

В России деньги очень дорогие.

Вторая причина – отсутствие экономических предпосылок. В России деньги очень дорогие. Нельзя просто так прийти в банк и оформить займ под реалистичные проценты. Есть серьезные законодательные барьеры, а поддержка со стороны государства крайне недостаточна. Между тем, она могла бы разрешить обе указанные проблемы.

Сейчас в нашей стране есть всего 1 вид дешевых средств – деньги государства. Чтобы стартапы, которые всегда очевидно нуждаются в деньгах для развития, получали к ним доступ, нужно структурно изменить экономику, то есть ее либерализовать, – тогда негосударственные деньги стали бы дешевыми. Это маловероятный сценарий. Либо надо сделать более дешевыми государственные деньги. И здесь тоже затык, поскольку ни одна проверяющая организация в стране не воспринимает риск, который несет стартап, как обоснованный. А значит, любой чиновник, который примет решение вложиться в стартап, становится потенциальным «сидельцем» – ему вменят нецелевое расходование и т.д.

Какие механизмы эффективно работают для поддержки стартапов на Западе?

Давайте пойдем за примерами не на Запад, а на Восток. Все же западная экономика слишком сильно отличается от нашей. Аналогия с Китаем будет ближе. В КНР, скажем, реализуется программа, которую я бы назвал «Пусть цветут все цветы». Там создано несколько больших фондов, через который в стратегически важные отрасли систематически заливаются деньги. Делают они это не напрямую, а с привлечением команд профессиональных инвесторов, которые обеспечивают рациональный выбор проектов для инвестирования в необходимые отрасли, создавая конкурирующие друг с другом фонды.

В России же, например, задача по развитию искусственного интеллекта поручена паре корпораций. Но, вероятно, было бы правильнее распределить средства по аналогии с китайскими фондами – множеству фирм, которые путем проб и ошибок выполнили бы задачу. Это позволило бы вовлечь в решение задачи больше предпринимательской энергии и создать что-то действительно новое.

Какие стартапы в России все же развиваются даже в текущих условиях? У них есть некие общие характеристики?

Прежде всего, конечно, у нас растут айтишные стартапы.

Во-первых, Россия богата айтишниками, у нас всегда была хорошая математическая школа.

Во-вторых, такие проекты обычно не требуют большого объема затрат по сравнению с остальными. По той же логике неплохо идут образовательные стартапы. Есть и другие удачные примеры, конечно. Объединяет их то, что они не требуют большого бюджета на тесты продуктовых гипотез.

Для понимания: «большие затраты» в разговоре о стартапах начинаются от 10 млн рублей. До 10 млн еще можно перехватить грантами-займами. Тем временем средний россиянин, как мы знаем, не очень богат и располагает доходом в десятки тысяч рублей в месяц. Даже 4-5 млн рублей для него – неподъемная сумма, а вместе с тем такие деньги для запуска стартапа – копейки. 1 миллион долларов в США – средний чек для запуска очень среднего проекта.

Чем больше у вас денег, тем больше шансов у стартапа.

Тут, конечно, важно определиться с терминами: что вообще такое стартап? Одиозная «Бизнес Молодость», скажем, не учила предпринимательству как таковому: там не показывали, как создавать новое, не обучали инновационному складу мышления. Все, что там давали, – это навыки по продвижению товара. Тем не менее, выходцы этого движения часто говорят о себе как о стартаперах. Но это подмена понятий.

Стартап – далеко не любое новое предприятие. Это проект по созданию чего-то принципиально нового, имеющего потенциал агрессивного роста. То есть такой бизнес, который ежегодно удваивает выручку или кратно увеличивает свою аудиторию в течение первых 3 лет развития.

Вот почему стартаперов мало не только у нас, но и на Западе. Новое сделать непросто. Нужно пройти большой и дорогой путь проверки гипотез.

Есть ли корреляция между возрастом стартапера и его успешностью? Стереотипный облик такого предпринимателя – юный, бедный, но очень активный и умный человек. Насколько это близко к реальности?

Стартапер, который добивается успеха и выводит свой продукт на высокий уровень, – это, как правило, человек в возрасте от 35 лет. Конечно, есть молодые гении. Но СМИ делают на них слишком большой акцент. По факту основную массу успешных стартаперов как в России, так и за рубежом, представляют люди 35-55 лет. Это предприниматели, которые успели поработать в найме и больше не хотят трудиться за деньги. Они хотят иметь свободу в принятии решений и приносить пользу людям.

Молодежь и продавать обычно не умеет. Никто не отменял очевидные присущие молодости нюансы: если задавать юному предпринимателю логичные вопросы на презентации его проекта, он может просто обидеться и уйти.

У молодых мотивация совсем другая: деньги в моменте, здесь и сейчас. Потому медийный образ стартапера как молодого разработчика с горящими глазами в гараже и не соответствует действительности. У меня в менторинге сейчас 7 компаний. Их основателям 48, 39, 40, 38 лет. Нет никого моложе 33.

Да, сегодня многие придерживаются мнения, что необходимо «качать студенческое предпринимательство». Логика понятна: у молодых быстрое и оригинальное мышление. А чтобы придумать что-то новое, надо по-новому на что-то взглянуть. Но вот вопрос: а что они будут делать после того, как взглянут? Нужна системная работа, нужно понимание бизнеса. И опять же – нужны деньги. А об этом я уже говорил.

Теоретически, если у самого нет ресурсов развивать идею, можно продать ее другому. Но ведь молодежь и продавать обычно не умеет. Никто не отменял очевидные присущие молодости нюансы: если задавать юному предпринимателю логичные вопросы на презентации его проекта, он может просто обидеться и уйти. У меня было много таких случаев. Согласитесь, в аналогичной ситуации сложно представить человека с большим опытом.

Конструктивный путь – это путь, на котором ты минуешь чужие грабли.

Можно ли сказать, что сегодня поговорка «один в поле не воин» подходит стартап-проектам? То есть чтобы стать успешным, ему сегодня обязательно требуется поддержка извне: акселератор, ментор и т.д.?

В общем случае я верю в то, что конструктивный путь – это путь, на котором ты минуешь чужие грабли. И здесь тебе действительно понадобится акселератор, ментор, а позднее и совет директоров. Но, к сожалению, в нашей стране есть проблема кризиса доверия. Стартаперу трудно настолько довериться ментору, чтобы начать следовать его совету.

Акселератор – хороший способ прокачать идею. Фактически он представляет собой образовательный сервис. При этом есть акселераторы, которые направлены на то, чтобы провалидировать задумку, а есть те, которые заточены на упаковку под инвестиции. На ранней стадии отправляться ко вторым, конечно, неправильно. Также отмечу, что всегда лучше выбирать отраслевой акселератор, чем общий. В целом, это очень разумный шаг для тех, кто ранее бизнеса не делал.

После запуска у проекта должен пройти некий период жизни: он должен выйти на рынок и получить какую-то выручку. Потом, когда возникают первые вопросы по инвестированию и прибыли, или вы уткнулись в проблемы роста и стагнируете (что бывает у всех стартапов после получения первой выручки) – настает время ментора.

Эти стадии, если проходить их вовремя, серьезно повышают шансы стартапа на успех.

Насколько часто российские стартаперы обращаются за помощью, чтобы избежать ошибок?

В России предприниматели часто ведут себя как партизаны: они как бы в лесу и отстреливаются от врагов. Поэтому тем, кто выходит на рынок обучения стартаперов, в целом приходится сложно. Например, недавно я в партнерстве с Forbes запустил проект по обучению предпринимателей. И это тяжко.

Очень многие считают, что предпринимательство должно быть максимально простым. Видимо, избалованы идеями той же «Бизнес Молодости». И в основном отклик сводится к такому: мы хотим быстрых и простых решений, потратив мало денег. Хотим, чтобы нам рассказали, как заработать миллион. Идея о том, что бизнес – это вообще-то больно и трудно, воспринимается плохо.

Что дает преимущество стартапу априори? Прежде всего – идея.

Вы можете иметь опыт глубокого погружения в определенную среду, который позволит сгенерировать действительно оригинальную задумку. Чем она неповторимее, тем выше ее защищенность от ударов судьбы.

Второй фактор – шило в заднице фаундера, который не сдается сразу и готов к достаточно длинному периоду лишений. Плюс критически важным является знание своей ниши. Например, я 15 лет в IT. Соответственно, я могу делать стартап в IT – я глубоко понимаю предмет.

Как говорится, основная проблема – это высокозамотивированные некомпетентные сотрудники. На самом деле, одного энтузиазма сегодня недостаточно, чтобы запустить новый проект.

Просто биться головой в стену – занятие уважаемое, но недолгое. Чтобы делать успешный бизнес, предприниматели оперируют огромным объемом знаний. Прикладных, конечно, но тем не менее.

Конечно, нужна коммуникабельность, потому что основной способ обучения в предпринимательстве – это one to one, когда надо найти эксперта и задать вопрос так, чтобы тебя не послали.

В какие ниши сегодня точно не стоит идти стартаперу в России? Были ли на вашей практике менторства проекты, которые не пошли?

Не стоит идти разве что в ниши, заведомо связанные с большим объемом капвложений. Если человек пойдет делать новый банк – это так себе история. Если решит сделать платформу для скоринга клиентов банка – это история получше.

Проекты, которые не взлетели, у меня, конечно, были. Например, интернет-сервис в сфере финтеха. Проект не взлетел, потому что фаундер был погружен в него не полностью. Он придумал идею, а потом нашел под нее наемного управленца и запустил. Получилась фигня. Так я усвоил, что фаундер на ранней стадии не может быть вовлечен на чуть-чуть. Я как инвестор стал более внимательно смотреть на основателя и то, насколько он вовлечен в проект и какова его роль. А она не в том, чтобы только придумать, а в том, чтобы зажечь команду и видеть перспективу, постоянно показывая ее другим и рассказывая, как ее реализовать.

Другой пример. Был в менторинге бизнес с четырьмя фаундерами, которые на берегу не договорились об обязанностях и в результате начали друг друга обвинять в том, что другой работает мало. Проект погиб, а я стал обращать больше внимания на договоренности между сооснователями, которые приносят мне свой проект.

Чтобы понять, полетел ли стартап, одним достаточно месяца, другим – года. Думаю, год здесь критический срок. Если год не летит – надо переупаковывать и менять в стартапе все, либо прикрывать.

Исходя из некоторых утверждений Аркадия Морейниса, по большому счету, для нового проекта не так важна суть, как презентация (брендинг и продвижение) – как минимум на первых этапах. Насколько это так, с вашей точки зрения?

Я не согласен. Такой подход, на мой взгляд, слишком утилитарный: он учит только тому, как заработать деньги. А с моей точки зрения, стартап – это в первую очередь про новое и пользу людям. Да, то, как себя презентует стартап, – это важно. Но суть продукта все же важнее. Пока продукт не осмыслен, не понятна его целевая аудитория и УТП, не понятны рынки, базовая механика, не просчитана юнит-экономика – говорить про упаковку преждевременно. Просто не для кого упаковывать

#
Бизнес Мнение
© «TexTerra», при полном или частичном копировании материала ссылка на первоисточник обязательна. Нашли ошибку в тексте? Выделите нужный фрагмент и нажмите ctrl + enter.
Хотите, сделаем для вас топовый канал на Дзен? Узнать подробности